Как хочется...

Как хочется, чтоб не было охочих родную Землю в пепел превратить. Как хочется доверие упрочить и бряцанье оружьем прекратить. Но в грохоте нацистского безумства идёт на истребленье человек. И, воплями приветствуя кощунство, насильем укорачивает век. И снова слёзы, жертвы, вымиранье. И вновь трясётся битая земля. Опять залито кровью поле брани и сапогами топчутся поля.